Костромичка, будучи на пенсии, в одном из банков имела вклад, на котором хранились ее накопления, и счет дебетовой банковской карты, на который приходили пенсионные отчисления. В одном из мессенджеров она получила сообщение от своей давней знакомой, с которой ранее проживала на Севере, о том, что населению, подверженному риску заражения короновирусной инфекцией, выплачивают компенсацию в размере 5000 рублей. Знакомая предложила помочь оформить данную выплату. Думая, что общается со своей знакомой, костромичка сообщила номер своей банковской карты, после чего ей пришло сообщение с кодом, который она передала. После этого от знакомой пришло сообщение, что её заявление на выплату зарегистрировано, а карта будет заблокирована на 10 дней, поэтому ей пользоваться не рекомендуется, а после произойдет выплата. Она не дождалась положенной выплаты и позвонила своей знакомой, но та ей ответила, что с ней не разговаривала. После чего она поняла, что её обманули мошенники. После обращения в банк она узнала, что на нее оформили кредит более 100000 рублей. Злоумышленники поменяли учетные данные её личного кабинета, а именно: номер телефона, на который приходили уведомления о совершенных операциях по счету, и само мобильное устройство. По этой причине никаких сообщений о заключенном договоре и об операциях по счету ей не поступало. Неустановленные лица вывели кредитные денежные средства и её сбережения около полумиллиона рублей, хранившиеся во вкладе, с её счета на подконтрольные злоумышленникам расчетные счета. Таким образом, у нее было похищено более 600000 рублей.

По данному факту она обратилась в полицию, на основании её заявления было возбуждено уголовное дело, которое впоследствии было приостановлено в связи с не установлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

Несмотря на этот факт, при рассмотрении спора суд установил, что банк посчитал кредитный договор заключенным с костромичкой, поскольку он был подписан электронным способом путем ввода кода, направленного на её номер телефона, что приравнивается к собственноручной подписи заемщика.

Однако суд выяснил, что номер телефона, с которого был отправлен код для электронной подписи, костромичке не принадлежит. Поданное от её имени в электронном виде заявление о предоставлении доступа к смс-банку с другим номером телефона и с другим мобильным устройством было осуществлено в ночное время суток.

Медицинскими документами подтверждено, что она страдает ограниченными возможностями здоровья по зрению, а именно: зрение правого глаза отсутствует, а острота зрения правого глаза составляет 20%.

Поэтому суд счел доводы истца обоснованными о том, что в ночное время суток истец не могла прочитать сообщение о прекращении направления смс-уведомлений по мобильному банку на её номер телефона, в том числе и по причине физического недуга. Кроме того, операции по счетам в ночное время суток не были типичными для истца. Ночью было совершено 13 операций по перечислению крупных денежных средств с её счета, согласно которым на счет в другой банк было выведено 620000 рублей.

Суд отметил, что банк, являясь профессиональным участником в сфере предоставления кредитов, действуя добросовестно и осмотрительно, обязан был убедиться в наличии волеизъявления костромички на заключение кредитного договора, предоставить ей полную и достоверную информацию об условиях предоставления кредита, запросить у клиента дополнительную информацию для осуществления его идентификации.

Суд указал, что кредитный договор считается заключенным с момента передачи кредитором заемщику денежных средств. Тогда как кратковременное формальное зачисление на открытый в рамках кредитного договора счет с последующим их списанием без соответствующих распоряжений заемщика само по себе не означает, что денежные средства были предоставлены именно костромичке.

При таких обстоятельствах, учитывая отсутствие волеизъявления костромички на заключение с банком кредитного договора, недоказанность факта предоставления кредита и распоряжения денежными средствами именно ею, несоблюдение банком требований Федерального закона «О потребительском кредите (займе)», суд признал кредитный договор между банком и костромичкой незаключенным.

Банк не согласился с решением суда, подал апелляционную жалобу. Однако суд второй инстанции оставил решение без изменения, а апелляционную жалобу банка- без удовлетворения.

Пресс-служба Димитровского районного суда г. Костромы